Святилища солютре

Известно несколько солютрейских святилищ «открытого» типа: Ложери-От, Жан-Бланк, Рок-де-Сер, Фурно-дю-Дьябль, возможно, было солютрейское Пато (во всяком случае, Б. и Ж. Деллюк считают принадлежащим этой эпохе изображение горного козла на своде навеса375).

В солютре география святилищ под навесами резко расширяется. Если в граветте только Терм-Пиала выходит за пределы области вокруг Лез Эйзи, то в солютре уже не ощущается такой привязки к этому месту, хотя солютрейские святилища возникают и здесь.

Солютрейцы выбирали навесы преимущественно южной и юго-западной ориентации.

Большей частью эти святилища сильно разрушены временем и о них практически нечего сказать. Они были связаны с протяженными стоянками, достигавшими порой, как в Ложери-От, длины почти в 150 м.

Опорными памятниками для солютре служат два описанных выше святилища – Рок-де-Сер и Фурно-дю-Дьябль, которые на общем фоне выделяются строгой датированностью и относительно хорошей сохранностью.

В Фурно-дю-Дьябль, как и в граветтском Пато, святилище расположено в хижине, устроенной, правда, не под козырьком навеса, а ближе к краю платформы. В ее строительстве применялась сухая кладка и, возможно, плетни, стоявшие вдоль глыб обвала, ограничивавшего хижину с восточной стороны. В отличие от Пато, здесь все элементы святилища находились внутри помещения. Подобно ориньякским святилищам, Фурно-дю-Дьябль разделено на две зоны – внутреннюю, представленную огороженным пространством в северо-восточном углу, где располагался блок с рисованными изображениями, и внешнюю, связанную с большим скульптурным блоком, стоявшим напротив широкого входа. Выше (см. главу II, 2.2) уже отмечалось, что жилая зона достаточно четко локализуется в западном углу хижины и не пересекается с сакральными зонами.

Разумно спланированное и хорошо обустроенное конструкционно, Фурно-дю-Дьябль мало что дает при анализе своей символической структуры. Непонятен характер связи двух символических зон, хотя в них и просматриваются сходные изобразительные мотивы – следующие друг за другом животные. Признание существования двух зон подразумевает относительную автономность каждой из них, что подчеркнуто отгораживанием блока «С». С другой стороны, во внешней зоне обычно расположена определенная пространственная конструкция из блоков. Здесь же налицо всего один блок, но покрытый множеством изображений. Если в Лоссель и других памятниках изображения, составляющие композицию, разнесены по разным блокам, и сама эта композиция, видимо, только и образуется правильным сочетанием блоков, то в Фурно-дю-Дьябль все сосредоточено в едином блоке, и пространственная конструкция заменена усложнившимися связями между фигурами. Непонятно, чем это было вызвано, но привело к резкому сокращению числа элементов – на таком большом пространстве находился всего один блок.

В самой организации изобразительного пространства блока «А» присутствуют ориньякские черты: кажущаяся хаотичность, расположенные под разными углами фигуры, использование нескольких сторон камня. Любопытно и несколько неожиданное появление ориньякских выразительных средств (вульва, купула).

Рок-де-Сер, самое крупное святилище солютре, демонстрирует принципиально иное устройство. Выше уже было уделено много внимания реконструкции первоначального положения блоков и установлено, что они определенно образовывали пространственную структуру (см. главу II, 2.3). В отличие от ориньякских святилищ и солютрейского Фурно-дю-Дьябль здесь нельзя выделить внутреннюю и внешнюю зоны. По-видимому, все блоки входили в единую структуру, не было даже относительной автономии фриза, расположенного вдоль стены в глубине навеса и блоков, стоявших вдоль края.

К такому выводу приводит наличие прямых смысловых связей между различными блоками. Если в Лоссель такие связи ощутимы, но больше на полуинтуитивном уровне, то в Рок-де-Сер они подтверждаются параллелями с других памятников.

Речь идет об отражении в структуре Рок-де-Сер одного из первых «тиражированных» сюжетов палеолита, в центре которого находится мотив борьбы антропоморфного существа и крупного рогатого животного.

Один из самых ярких памятников палеолита, в котором этот сюжет нашел наиболее полное воплощение, – пещера Ляско. Нет нужды подробно описывать этот более чем известный «лувр доистории», лишь вкратце обрисуем ситуацию в «Колодце».

В этой естественной полости, открывающейся в дальнем конце полукруглого зала, называемого «Апсида», на глубине примерно 4 м находится живописное панно, выполненное черной краской (рис. 157). Здесь изображены: бизон, противостоящая ему антропоморфная фигура с птичьей головой, под этими фигурами схематично изображена птица, словно сидящая на шесте, знак, именуемый часто «копьеметалка», левее и ниже – носорог, под хвостом которого расположены шесть сгруппированных точек. Кроме того, на противоположной стене находится неполная фигура лошади.

1raz9elite2

В Рок-де-Сер картина почти точно такая же. На правом краю блока «F» изображен овцебык, преследующий человека с продолговатым предметом на плече. На фигуру овцебыка наложено изображение лошади. На другой стороне платформы, примерно напротив блока «F», располагался блок с птицеобразной фигурой, а у правого края платформы, в одном ряду с блоком «G», находился блок с рисованной фигурой носорога (блок «I»).

Дело не только в совпадении персонажей, но и в особенностях их размещения. В Ляско они помещены как бы в двух регистрах. Верхний – бизон, человек и лошадь, нижний – птица и носорог. В Рок-де-Сер животные различных «регистров» находятся на противолежащих сторонах платформы. Так же как и в Ляско, в Рок-де-Сер носорог отнесен в сторону, а птица находится ближе к человеку. Общая ориентация фигур на обоих памятниках является зеркальным отражением друг друга376.

Количество совпадений можно дополнить еще и спрятанностью композиций. В Ляско она спрятана буквально, так как находится в одном из самых труднодоступных мест пещеры. В Рок-де-Сер это более относительно, но уже упоминалось, что сцена «человек – мускусный бык» различима только при взгляде на блок под углом.

С огромной долей вероятности можно утверждать, что на плоскость скалы в Ляско была почти «дословно» перенесена пространственная организация блоков в Рок-де-Сер. Приведенные здесь соответствия в значительной степени подтверждают предположение о том, что блоки «второй» и «третьей» серий А. Мартена располагались на платформе и входили в структуру святилища одновременно с блоками «первой» серии. Набросок реконструкции, сделанный в главе II, оказывается вполне жизнеспособным. Композиция в Ляско сохранила в своей структуре особенности размещения блоков на платформе под навесом Рок-де-Сер.

При этом Ляско и Рок-де-Сер обнаруживают более широкие связи между собой. Общей оказывается композиция из противостоящих каменных баранов с блока «О» и с правой стены Осевого дивертикула, образ бизона с задранным хвостом с блока «Р» и из панно в конце «Нефа», композиция блока «С» имеет параллели в левой части «круговорота зверей» в Зале быков, значительная роль фигур оленей, крайне редко встречающихся на святилищах под открытым небом. Хотя увязать эти соответствия пока затруднительно, на фоне единства сцены с человеком, бизоном (овцебыком), носорогом, птицей и лошадью они выглядят весьма показательно.

Возвращаясь к структуре Рок-де-Сер, необходимо отметить, что ее перенос в Ляско отражает значимость расположения элементов в святилище. Схема расположения элементов была транслирована через две тысячи лет; чтобы преодолеть такое временное расстояние, структура Рок-де-Сер должна была отражать нечто неизменное или меняющееся очень медленно. Несомненно, что константность ей придавала вписанность в мир.

В Рок-де-Сер отчетливо видно, что святилище – не простое нагромождение элементов, а именно упорядоченное их сочетание, причем сочетание, определяемое особым местом, которое занимает каждый элемент. Предложенная В.П. Ларичевым трактовка сцены в Колодце (рис. 172), как отражения ряда созвездий (Орион, Телец и т.п.)377, прекрасное тому доказательство. Можно лишь удревнить появления первых символов созвездий, начиная цепочку «Ляско – Дендеры» с Рок-де-Сер (добавляя сюда композиции из Сен-Сирка, Виллар, Ложери-Бас, Мадлен, Лез Эйзи). Впрочем, учитывая, например, исследования Клода Леви-Строса378, можно предположить, что истоки надо искать на еще более древних памятниках.

Таким образом, каждый блок должен иметь свое, строго определенное место, находясь в системе ему подобных. Все пространство святилища оказывается пересечено линиями сложной взаимосвязи элементов, которые (линии) выходят за рамки собственно святилища и соединяют его с окружающим миром. Окружающий мир и определяет структуру святилища. Не сам, разумеется, но через осознание этого мира человеком.

Любопытно, что такое большое и сложное святилище, как Рок-де-Сер, практически лишено каких-нибудь конструкционных элементов. Единственное, на что можно указать, так это скальный выступ и глыбы вдоль стены навеса, на которые была установлена часть блоков. По-видимому, святилище не было как-то огорожено, да это и было трудно сделать, учитывая, что вдоль края платформы стояли декорированные блоки.

Рок-де-Сер является классическим «пространственным» святилищем, своего рода высшей точкой развития такого способа организации элементов. Показательно, что в его структуру, возможно, входили и недекорированные блоки. Украшенные же отличаются ровностью форм и сбалансированностью нанесенных композиций. Каждый блок выглядит самодостаточным, единичным, но это и делает его лишь кирпичиком в общей структуре.