Устройство святилища

В случае с Кап-Блан мы сталкиваемся с «открытым» святилищем, почти все изобразительные элементы которого были помещены непосредственно на скалу. Это типичный для мадлена способ организации, который условно можно назвать «панорамным».

К сожалению, плохая фиксация находок при раскопках не дает возможности оценить ситуацию на платформе под навесом. Особый интерес в данном случае представляет захоронение в левой части платформы. Бесспорно преднамеренное, оно могло являться элементом структуры святилища. Связь между изображениями и захоронениями достаточно четко выражена в слое протомадлена навеса Пато, где скелет женщины 16 лет находился возле огромной глыбы с гравированными знаками. Но для Кап-Блан эта связь не столь очевидна, так как трудно судить об одновременности фриза и захоронения. Однако расположение скелета в основании слоя свидетельствует, по всей видимости, об единовременности создания фриза и захоронения. Три больших камня, установленные на скелет, помимо других возможных функций, могли отмечать собой могилу и свидетельствовать, в какой-то степени, о включении последней в структуру святилища.

Пока ничто не проясняет нам характер связи захоронения и изображений. Возможно, погребение играет роль «человеческого» элемента, вынесенного в данном случае за «скобки». Для большинства «открытых» святилищ изображения человека (реалистические или символические) играют очень важную роль. В Кап-Блан изображение заменено захоронением (интересно также отметить, что в Кап-Блан был найден «жезл начальника» с рисунком четырехпалой человеческой ноги). Мотивы такой замены, а также роль захоронения в структуре святилища остаются загадкой. Вынесенное к внешней границе навеса погребение могло осуществлять связь элементов фриза с окружающим миром, но это лежит пока в области догадок.

Фриз Кап-Блан по своей организации тяготеет к пещерным панно. Их роднит общая монументальность, «многоэтажность», сильная дифференциация размеров персонажей.

Безусловно, святилище Кап-Блан благодаря своей компактности, относительно удовлетворительному состоянию изображений и особенностям композиции могло бы стать образцовым при изучении «открытых» святилищ и раскрытии семантики древнего искусства. К сожалению, оно было разрушено неквалифицированными раскопками.