2 История как социокультурный процесс

Общенаучный смысл термина история – цепь событий, происходящих с каким-либо объектом во времени. Достаточно часто в общественных науках "историю" отождествляют с "социумом". Иногда говорят о "законах истории", подразумевая под ними законы социума. История тогда понимается как "развитие общества". Прежде всего, история в этом случае включает в себя смену устойчивых структур в духовной и практической деятельности человека.

Но в последнем случае "история" становится как бы дублером "общества". При этом у нас не оказывается подходящего термина для указания на те аспекты в жизни общества, которые не описываются объективными законами социологии и социальной философии. Мы должны понимать, что поведение объектов истории не может быть полностью описано четко сформулированными законами, так что в их поведении "случай", "вероятность" и "свободная воля" играют значительно большую роль, чем в социологии и социальной философии.

Таким образом, объектом истории является как частная, так и общественная жизнь людей, которая проявляется во множестве конкретных взаимосвязанных событий, происшедших в определенное время и в определенном месте[83]. Ключевым в этом определении является слово "конкретность", позволяющее нам отличить собственно историю от "общественного процесса", творимого типологически взятыми субъектами.

Заговорив о "событиях", изучаемых историей, мы сразу же оказываемся перед проблемой: какие события "достойны" того, чтобы историк тратил на них время, т. е. "достойны" считаться "историческими", а какие – нет? Субъективность подобной классификации очевидна. Кроме того, в разные эпохи общественное мнение придерживалось различных точек зрения о том, что считать для истории "важным" и "неважным". Например, так называемая "героическая школа" стремилась свести историю к событиям исключительно государственно-политической жизни, влияющим на само существование государства (войнам и революциям, заговорам и переворотам, законодательству и дипломатии), пренебрегая хозяйственной жизнью, семьей и бытом. Следуя такому подходу, мы теряем слишком много информации, важной для понимания развития общества. Поэтому нам следует признать историю целостным потоком общественных изменений, охватывающим весь спектр человеческого существования, без дифференциации на "важное – неважное", "интересное – неинтересное" и т. д. Тем не менее, во всех событиях, описываемых историей, нам следует видеть некоторое единство, целостный процесс развития и смены взаимосвязанных состояний прошлого в жизни народа, страны, цивилизаций и всего человечества.

Специфика истории как сознательной деятельности людей состоит в том, что она не может быть восстановлена по своим материальным следам, точно так же, как и характер человека не может быть восстановлен по его бренным останкам. "Ископаемая" пушка, увы, ничего не говорит о намерениях и целях человека, стрелявшего из нее. Методологическую позицию историка, которая, исходя из невозможности реконструкции содержания сознания людей минувших эпох, утверждает, что каждый человек безраздельно принадлежит своему времени; а наши попытки понять собственный смысл древних текстов и др. свидетельств на самом деле являются попыткой "напялить" культурные предрассудки нашего времени на далекое прошлое, что утвер­ждает полную непознаваемость прошлого как такового, называют "презентизмом". Например, религиозность наших современников, "подпорченная" развитием науки, не дает нам достаточного основания для постижения средневековой религиозности. Мы никогда не поймем убеждений и желаний человека того времени. В итоге, с точки зрения презентистов, историк не должен обманывать себя, думая, что он изучает прошлое в некогда присущей ему собственной логике; в действительности он лишь проецирует прошлое на самого себя, высказывает собственное мироощущение и миропонимание "в связи и на фоне" непознаваемой минувшей действительности.

Большинство историков признают презентизм крайностью. "Мостом" между нашем временем и минувшими эпохами может быть то, что остается неизменным во все эпохи. Например, с точки зрения А. Тойнби, как бы ни разнились между собой "не сводимые" друг к другу культурные представления людей, принадлежащих различным цивилизациям, тем не менее существует как минимум два неизменных на протяжении всей истории фактора: неизменная воля Бога и неизменность человеческих потребностей (и неизменность стремления человека удовлетворить свои потребности).

Другая существенная проблема в понимании того, что такое история, связана с отличием ее объекта от объекта естественных наук. Историк, в отличие от естествоиспытателя, изучает уникальные события. Повторить историческое событие в принципе невозможно, соответственно, в истории нет экспериментального метода, характерного для естественных наук. Как писал Г. Риккерт вслед за В. Виндельбандом, история относится к так называемым "индивидуализирующим" наукам (т. е. к наукам, объекты которых индивидуальны, не поддаются обобщению), а естественные науки – к "генерализирующим" (т. е. способным к обобщениям, к выявлению универсальных и необходимых законов). Однако это не мешает истории удовлетворять другим критериям научности, характерным для всех наук: непротиворечивости, поиску причин явлений и пр.