3 Категории философии

Философские категории обычно определяются либо как 1) мыслительные конструкции, не имеющие никакого отношения к внешнему миру; либо – как 2) идеальное выражение самой действительности.

В древней философии наиболее глубокую попытку исследовать категории и их природу предпринял Аристотель, который определял категории так: "Сущность является, коротко говоря, например, человек, лошадь. Количество – это, например, в 2 локтя, в 3 локтя. Качество, например, сведущее в грамматике, белое. Отношение, например, двойное, половинное, большое. Время, например, вчера, в прошлом году. Место – на площади, в Линее. Положение, например, лежит, сидит. Обладание, например, обут, вооружен. Действие, например, режет, жжет. Страдание, например, его режут, жгут".

Природу категорий Аристотель понимал материалистически. По Аристотелю, не категории порождают Бытие, а Бытие находит свое выражение в категориях, т.е. по Аристотелю категории в идеальной форме отражают саму действительность.

Противоположной позиции придерживался учитель Аристотеля Платон. У него именно категории порождают Бытие. По Платону, реальные вещи – лишь отражение идей (эйдосов), их бледные копии. Идеи (категории) первичные, вещи – вторичные. Примерно также, хотя и гораздо позже, мыслил и Гегель. Категории у Гегеля существуют до вещей, затем воплощаются в вещах и лишь потом оказываются в сознании. Субъективно-идеалистическая трактовка категории особенно ярко выражена у И. Канта. Категории – изначальные формы чувственности и даны человеку априорно, т. е. до опыта. Мир сам по себе хаотичен. Порядок в него вносит ум с помощью системы категорий. Категории у Канта не дают знания о вещах, но являются субъективным условием познания, ибо упорядочивают это познание.

Категории относятся к так называемым "абстракциям II уровня". Дело в том, что любое слово – абстракция, потому что слово "стол" не тождественно самому столу как вещи. Любое слово абстрагируется (отвлекается) от самой вещи или явления, обобщая наиболее типичное и существенное в называемом словом феномене. Слова обыденного языка – это абстракции I уровня, категории – абстракции высшего,

II уровня, ведь они анализируют и обобщают существенные признаки и отношения не самой вещи или явления, а существенные признаки и отношения, уже зафиксированные в словах (понятиях) всех вербальных языков данной культуры.

С современной точки зрения категории – это "узловые точки" исторического опыта; это понятия, одновременно обобщающие опыт науки, искусства и опыт обыденной жизни человека. "Проверить" правильность определения категории можно в основном только формально-логическим способом (методами), но проверить не содержательно, а формально, ибо содержание категорий столь же многогранно, неоднозначно и сложно, сколь сложны, многогранны и неоднозначны соответствующие данным категориям сферы определяемой действитель­ности.

Мыслить категориями человек (личность) начинает в относительно зрелом возрасте, пройдя последовательный ряд этапов: от слов – к терминам, от терминов – к категориям. Мышление категориями требует от человека и достаточно большого объема знаний о мире, и длительного обучения навыкам сравнительного анализа, синтеза и обобщения, что требует не только значительных усилий, но и соответ­ствующего уровня мышления у сообщества в целом. Последнее обстоятельство важно в силу того, что уровень образования личности зависит не только от индивидуальных способностей и трудолюбия конкретного человека, но и от того, какие требования в этом отношении предъявляет к нему общество, и чему способно научить конкретного человека само общество.

В любом случае, чем раньше человек осваивает категориальный способ мышления, тем качественнее, эффективней и плодотворней он живет, потому что развитое категориальное мышление позволяет без досконального изучения правильно судить о не вполне знакомых областях и максимально точно строить программы (стратегию) своего будущего поведения. Иначе говоря, на основе "хорошо поставленного" категориального мышления человек способен на порядок быстрее и качественнее осваивать абсолютно новые, совершенно незнакомые ему до этого области знания, нежели это происходит на базе обыденного или даже научного мировоззрения.