1. Введение

Семантика слова "антропология" включает два смысла: "антропо…" – с греческого anthropos означает "человек"; "…логия" с греческого logos – "слово, понятие, учение". Итак, антропология означает учение о человеке. В истории человеческого познания сложилось множество таких учений. В новоевропейский период формирования научных направлений и научных дисциплин антропологическая наука также дифференцируется. В самом обобщенном виде выделяются два

направления: физическая антропология и социальная (или культурная) антропология. Разделами физической антропологии являются морфология и эволюция человека, расоведение и палеантропология (историческая антропология). К социальной антропологии относятся археология, этнография, лингвистика, фольклористика.

Одной из характеристик современной науки по всеобщему признанию выступает тенденция ее антропологизации, в том числе, антропологизация естествознания. Другими словами, проблемами человека в конечном итоге занимаются фактически все науки. В ряде из них проблематика, связанная с человеком, стала выделяться в относительно самостоятельные направления. Особенно ярко это проявляется в гуманитарных науках: политическая антропология, экономическая антропология, социологическая антропология и др.

В традиции философской мысли сложилось два смысла в употреблении словосочетания "философская антропология". В широком смысле это философское учение о человеке, его "сущности" и "природе". В таком понимании это означает, что самые разные философские направления, разные способы осмысления человека и его мира выступают вариантами философской антропологии.

Философская антропология в специальном смысле отражает появление философского направления, связанного с именами М. Шелера, Х. Плеснера, А. Гелена.

Можно выделить еще один вариант понимания данной проблемы: существуют концепции и течения, в которых декларируется "антиантропологизм": структурализм, англоамериканская лингвистическая философия и др.

В действительности в истории философии вряд ли можно найти учение, в котором бы отсутствовала тема человека, т. е. философско-антропологическая проблематика. Принципиальное отличие состоит в признании той или иной проблемы приоритетно значимой. Другой причиной различий точек зрения относительно философской антропологии выступает сложность самой философской постановки проблемы человека. Проследим это на одном из фундаментальных вопросов, который объединяет самые разные варианты философской антропологии, это вопрос об определении человека. Для уточнения данного вопроса подчеркнем, что речь идет об определении того, что есть человек, т. е. о поиске сущностной определенности человека. Здесь уместно вспомнить слова Гегеля о том, что у каждого человека есть "мочка уха", но это не означает, что мочка уха выражает сущность человека. Однако ответить на вопрос, что выражает "сущность человека", оказывается не так просто, как это может показаться на уровне обыденного сознания – "этот человек хороший", "этот человек добрый" или наоборот.

О сложности поиска "сущности человека" наиболее красноречиво свидетельствует многообразие его результатов. Только в философии XX века предложено множество определений-образов человека. При этом характерно, что многие определения выражены метафорами:

"человек играющий" у И. Хёйзинги, "человек рисующий, изображающий" у Йонаса, "человек-странник" у Г. Марселя, "человек неумелый" у Х. Ортеги-и-Гассета, "человек творящий" у Мюльмана и др.

В конце прошлого века в Москве проходил Всемирный философский конгресс. В одной из публикаций приведено 25 серьезных и полушутливых определений человека: "обезьяна, севшая за машинку и написавшая эти книги", "существо, которое всегда любит смотреться в зеркало", "единственное краснеющее или нуждающееся в этом животное" и др.

Приведенные примеры свидетельствуют, что при попытках определения сущности человека, независимо от ответа, идет поиск "квинтэссенции" человека. Эта "квинтэссенция" формулировалась в самых разных терминах: "главная стихия", "субстанция", "абсолют", "Бог", "предельное основание", "всеобщая сущность", "бытие как таковое" и т. д. Однако суть поисков оставалась неизменной: определить нечто одинаковое, всем людям присущее свойство человека и проходящее через все века. Но этому требованию ни один из ответов в конечном итоге не соответствовал и до настоящего времени не соответствует: Разум? Дух? Воля? Труд? Деятельность? Язык? Сознание? Культура? Либидо? Игра?

В последнее время наметились две тенденции развития сложившейся гносеологической ситуации. В рамках одной из них продолжаются поиски, дискуссии и теоретические споры относительно "сущности человека". В рамках второй тенденции мыслители предлагают изменить методологическую целевую установку философско-антрополо-гических исканий. Приведем два наиболее наглядных примера из зарубежной и отечественной литературы.

Стивенс Прист, автор монографии "Теории сознания" в предисловии к русскому изданию пишет о том, что когда мы пытаемся объяснить собственное существование, имеющиеся научные методы с этим не справляются. И далее: нужна новая наука и она будет настолько новой, что трудно знать, можно ли ее вообще назвать наукой. От нее будет требоваться понимание человеческого существования как одновременно ментального и физического, как себя и другого, индивидуального и социального, свободного и детерминированного, временнго и вневременнго, внутреннего и внешнего, предсказуемого и непредсказуемого. Ему вторит отечественный философ А.А. Баталов, подчеркивая, что пора отказаться от дискуссий на тему "конечного счета". Напротив, надо исходить из того, что человек бесконечномерен. Тогда проблема будет звучать иначе, а именно: как реализуется эта бесконечномерность? С методологической позиции это означает, что какой-либо параметр человека может иметь статус "субстанции" (сущности, предельного основания), а другие параметры – реальный статус ее "акциденции" (т. е. качества, свойства, феномена и т. п.) – но только в масштабах этой системы и на определенный момент ее бытия. При таком подходе можно увидеть "достоинства" самых разных подходов в понимании человека: монизма, плюрализма, дуализма и др. Если же важно найти формулу "предельного основания человека", то Баталов предлагает следующую аксиому: "Человек есть бесконечномерное существо".

Если продолжить рассуждения о сложности человека, то философия ХХ века, при всем ее разнообразии, осмысливала в обобщенном виде следующие антропологические проблемы, которые имеют статус аксиоматичности.

1.  Человеческое бытие есть бытие осознанное. Человек не просто есть, но определенным образом относится к своему бытию.

2.  Человеческое сознание есть самосознание. Специфика человека – в способности рефлексии, т.е. обращения сознания на самое себя.

3.  Человеческий опыт есть опыт практической (деятельностной) активности.

4.  Модусом человеческого существования является возможность. Человек есть лишь в той мере, в какой он делает себя тем, что он есть.

Итак, обращаясь к знакомству с развитием осмысления человеком себя в истории философской мысли, будем исходить из общей установки о том, что, несмотря на существующие различия подходов, точек зрения и противоречий, каждая идея вносила и вносит нечто новое в самопознании человечества. На этом пути каждый из нас может сделать свои собственные шаги.